В меловой период смотреть тяжело. Легко сносит крышу, жуть, подобной которой представить просто так, налегке, невозможно. Душно невыносимо, давление, Амазония в сравнении просто прекрасный дубовый лес среднерусской возвышенности. Влажность стопроцентная, собственно разницы между океаном и сушей особой нет, настолько воздух насыщен водой. Ну и жуть, конечно - динозавры в реальности совсем не голливудской жути калибром были. Впрочем, можно и в голливудском стиле, не так уж большая ошибка слога к реальности Вид был такой, будто холм вдруг оторвался от земли и решил побродить по болоту. Сквозь густые заросли на открытое место пробилась живая чешуйчатая гора, покрытая крапчатыми землисто-коричневыми, оливково-зелеными и серыми пятнами, громко шлепавшая лапами по зеленоватой воде. Я едва не рассмеялся. Широкая морда исполинской твари напоминала утиный клюв, изогнутый в идиотской ухмылке, навсегда застывшей, как у дурацкого мультипликационного персонажа. Несмотря на глупый вид, утконосый динозавр осторожно огляделся, прежде чем выбраться на открытое место. Привстав на задние ноги, он оказался выше ветки, на которой мы прятались, и принялся озираться, пыхтя, как паровоз. Его когти больше напоминали копыта и не казались опасными. Желтые глаза скользнули мимо нашего дерева, не задерживаясь. С шумом выпустив воздух, гадрозавр повернулся и вошел в сонные воды потока. В нем было метров десять от клюва до кончика хвоста. И он пришел не один. Перед нами парадом прошествовал целый строй утконосых динозавров. Я насчитал сорок две особи. С тяжеловесной грацией они брели по болотной протоке, проваливаясь в грязную воду по колена. Всего в десяти метрах от нашего укрытия заросли раздвинулись, и оттуда показалась самая жуткая тварь из виденных мною. У нее была исполинская голова - почти два метра от кончика морды до основания черепа, состоявшая чуть ли не из одних челюстей, вооруженных зубами размером с саблю. Взгляд злобных глазок чудовища казался чуть ли не разумным, как у тигра на охоте или косатки, выслеживающей добычу. Ящер медленно, осмотрительно вошел в сонный поток, который всего минуту назад послужил тропой утконосым динозаврам Тираннозавр грозно высился над нами; его чешуйчатая шкура была раскрашена серо-зелеными разводами, прекрасно маскировавшими его среди тропической растительности. Когти на его лапах размером и остротой могли бы поспорить с серпами земледельцев. Медленно, крадучись, он побрел против течения вслед за гадрозаврами. Едва я хотел перевести дыхание, как заросли беззвучно, осторожно раздвинул второй тираннозавр. За ним третий. Чуть повернув голову, я увидел еще двух громадных зверей, выбравшихся из чащи по другую сторону от нас. Они охотились стаей. Подкрадывались к утконосым динозаврам осторожно и согласованно, как волки. +++ В комментариях очень разумные вопросы насчет молитв спрутам. Это, действительно, критически важно, но есть опасения насчет возможных эффектов, это все не смешные вообще штуки. Действуют, да, но вы помните рассказы про богов, проблемы из-за них постоянно, а вот чтобы лучше, так скорее нет, чем да. А кто сказал, что должно быть как-то иначе? Правильно, только млекопитающие нуждаются в компании себе подобных, трещать ни о чем часами, вроде бы безделье, а на самом деле-то самое главное в существовании бипедов. В общем, нет пока четкого “да”, пока скорее “нет”, что касается молитв, но посмотрим-посмотрим. В идеале кто-нибудь в разгаре сил, до тридцати лет, должен был бы принять Учение полностью и без остатка, и тогда тот мог бы дойти, куда автору и прочим уже точно не светит, но время потеряно безнадежно.